|
ПРЕКРАСНОЕ ДАЛЁКО
Название: "Прекрасное далёко"
*****
1.
Ребенок стоял около полуоткрытой двери, замерев, и прислушивался к громким пьяным выкрикам вразнобой, которые доносились из соседней комнаты. Гриффит отдыхал, пока делать было нечего - в зале сидели сейчас всего три человека, включая его отца, и они приканчивали уже третью бутылку самого крепкого их вина. Послушав немного, о чем они говорят, Гриффит отошел назад на пару шагов и наткнулся спиной на острый гвоздь, торчащий из угла большого стола. Он тихо ойкнул, рассердившись на себя за то, что опять забыл, и на этот звук мать очнулась, дернула в его сторону головой, и в тусклых светлых глазах на миг он увидел узнавание, а потом она опять тяжело уронила на грудь подбородок и затихла. В последнее время она все чаще сидела вот так, не понимая, что происходит вокруг, и сколько бы Гриффит ни старался растрясти ее или принести немного еды, но мать не узнавала его, только вяло отпихивала от себя.
Сейчас к ней подходить уже не хотелось, пусть даже отец и говорил сестре, что это не заразно, но Гриффит все равно каждый раз, глядя на нее, боялся, что однажды и он будет так же сидеть, заразившись, полуживой и абсолютно бессильный. Поэтому он, с опаской оглянувшись на дверь, стащил со стола совсем уже крошечный свечной огарок и юркнул вниз, спрятавшись под столом от всего вокруг, хоть он уже знал прекрасно, что отец, когда придет, обязательно заметит и всыплет ему за то, что играет с огнем.
Гриффит наказания не боялся, потому что отец, хоть бил и больно - до синяков и обидных слез, - забывал про это так же быстро, уходя обратно к своим друзьям, зато с Гриффитом оставалось хоть ненадолго что-то хорошее и волнующее все внутри него настолько, что тут же пряталось в далекие тени все, что было вокруг, и можно было себе представить, хоть и совсем ненадолго, что он живет не здесь, в жалкой и ветхой лачуге с земляным холодным полом, а в прекрасном и далеком замке, что стоит на высоком холме и о котором иногда он слышал истории, которые казались для него сказками.
- Гриффит! - дверь в каморку распахнулась от резкого пинка, и мальчик затушил мгновенно фитиль в пальцах до того, как отец перевел глаза со стены напротив на него, под стол в дальнем углу. Гриффит знал, что если отец выпил уже достаточно, то он может и не заметить сразу свечку, и тогда ему может не попасть за это… - Ты опять там?! Принеси нам еще вина и хлеба… и еще один стакан! - отец задумался о чем-то, мутно глядя на него из-под сведенных бровей, а потом, будто решившись, добавил уже тише и спокойнее: - И сыра немного прихвати. Понял меня?
- Понял, - Гриффит кивнул, выбираясь из-под стола неохотно и медленно, с каждым шагом к отцу чувствуя становящийся все более сильным и резким запах и пристальный взгляд на себе. Он не понимал, что случилось сегодня, отчего отец так странно и внимательно на него смотрит, будто оценивая, и от этого с каждым ударом сердца и от этого с каждым ударом сердца, бьющимся где-то высоко в горле, становилось еще страшнее. Он замер, глядя на мужчину снизу вверх и боясь оторваться, чтобы не случилось чего-нибудь…
- Что уставился?! - он наконец рявкнул на мальчика привычным тоном, и от сердца сразу отлегло, когда Гриффит успел увернуться от грозившей прилететь затрещины. - Неси быстро все, что я сказал! И на голову что-нибудь повяжи, а то скажут люди, что у меня вторая девка растет вместо нормального ребенка, вот ведь дал бог урода…
Гриффит, уже не слушая, что бормочет под нос отец, осторожно, чтобы не порвать, сдернул с гвоздя на почерневшей от влаги стене тряпку, которую обычно заматывал вокруг головы, когда нужно было принести что-нибудь или, наоборот, забрать пустые бутылки и грязную посуду. Сколько отец с матерью ни старались стричь покороче ему волосы и втирать в куцые обрезки пепел из печи, а все равно видно было, что они отвратительно-белого цвета, а не как у всех людей, да еще и такие крепкие и блестящие, что даже не спрятать. Сестра только смеялась и дразнила первой девкой на деревне, когда он втирал в них побольше грязи, и самое обидное, что толку не было.
Гриффит быстро составил все на поднос, заставляя себя не думать об этом больше, и выскочил в тускло освещенный мрачный зал, где за столом в самом темном углу уже распивали остатки последней бутылки четверо. Этот четвертый, который появился совсем недавно, был хорошо одет, и Гриффит с завистью покосился на новенькую холщовую рубаху без единой прорехи высокие сапоги со шпорами, а еще у того мужчины на поясе болтались свободно длинные ножны, из которых торчала, тускло отблескивая металлом в свете пары свечей рукоять меча. Гриффит приблизился, как зачарованный, опустил тяжелый поднос на стол и замер в восторге, не в силах отвести глаз; рука сама собой уже готова была потянуться к мечу, пальцы нестерпимо хотели ощутить холод опасного металла…
- А ну кыш отсюда! - прикрикнул на него отец беззлобно, уже раздобрев, и хорошо одетый мужчина усмехнулся, перехватив взгляд Гриффита. Того мигом как ветром сдуло, и уже оказавшись за дверью и перевода дыхание, он остановился, прилипнув будто всем телом к косяку, прислонился к старому влажному дереву щекой, забыв о занозах, только бы услышать, о чем они будут говорить.
- Красивая у тебя дочка вырастет, - услышал Гриффит и чуть было под землю не провалился, как мгновенно разгорелись щеки и уши, но он сделал над собой огромно усилие, чтобы не убежать куда-нибудь подальше, слушая, как ржут во все горло те двое и молчит отец.
- Это его сын, не дочь… - объяснил наконец один из них, когда прекратил пьяно всхлипывать от смеха.
- Да? Ну, прости, он все равно красивый… - слышно было, как улыбается тот, с мечом, и Гриффит прикрыл глаза, успокаивая дыхание и считая до десяти.
- Ты приехал смеяться надо мной?
- Я дано не видел старого друга! - отозвался тот весело, и Гриффит услышал громкий хлопок по спине, а затем смех отца.
- Готов поспорить, ты уже и забыл, что здесь у тебя когда-то были друзья! - раздался смех и звяканье стаканов, но Гриффит, уже придя в себя, отметал все ненужное, лишь бы только услышать что-нибудь… - У вас в замке уж точно получше, чем здесь.
- Намного лучше! По крайней мере, я не сдохну там, как крыса в подполе.
- Конечно, тебя просто проткнут мечом! - заржал один из отцовых приятелей, и приезжий, уже, видимо, поднабравшись, в ответ тоже засмеялся, не обидевшись ни капли
- Как видишь, до сих пор я жив, и дальше не проткнут, я как-нибудь лучший их мечник.
- Ты лучший? - отец вскочил на ноги? - Да я тебя заваливал с двух ударов!
- Не веришь? Пойдем, я тебе докажу, ты с одного удара валяться носом в земле будешь по старой дружбе!
Гриффит напрягся, слушая, как загремели по полу, отодвигаясь, скамейки, но обоих спорщиков быстро усадили обратно, под смешки разлили всем еще вина, и обида, кажется, забылась. Они принялись вспоминать какие-то имена, которых Гриффит не слышал до этого ни разу, и слушать это было совсем неинтересно. Гриффит изнывал от любопытства, скорчившись за дверью, пока наконец не услышал то, что ему было нужно и чего он ждал так долго.
- А вы уже просто заплыли салом, даже меч в руках не удержите или себе чего отрежете. Говорил я вам, надо было сразу идти со мной, не пожалели бы ни разу, клянусь!
- Вам, наемникам, наверняка и платят неплохо, - завистливо усмехнулся отец.
- Да неплохо - это мягко сказано! Да мы когда не воюем, то пьем и гуляем целыми днями, а потом снова подраться немного и снова пить. Ты таких вина и еды даже во сне представить себе не сможешь. А какие у нас девки, все красавицы, и каждая разодета, как королева, а вокруг так все и сверкает…
- Да врешь ты все! Не жизнь у вас там, а сказка… - ясно было по голосу, что отец уже готов удавиться от зависти.
- Не знаешь, молчи! Зачем мне тебе врать? - заходился от хохота приезжий, то и дело стуча стаканом о трухлявую столешницу и требуя подлить себе еще добавки.
- Значит, вы там мрете кучами, раз платят столько.
- Идиоты да, те постоянно помирают, а я еще сто лет так проживу, пока меч из рук сам вываливаться не начнет!
- Да он у тебя сломается раньше!
- Нет… - гость на миг замолчал, будто задумавшись. - Мой меч никогда не сломается, я в нем уверен, как в лучшем друге!
- Нашел себе друга! Лучше бы бабу нашел помясистее, а ты про меч… Как был дураком, так и остался…
Гость не обратил внимания на оскорбление, засмеялся весело и громко, и остальные подхватили, иногда вставляя в общее веселье пару слов да тех пор, пока еще в состоянии были что-то сказать, а потом уснули прямо там же где сидели, за столом, упав на него лицом и грудью. Тогда Гриффит, подождав еще немного на всякий случай, все-таки решился подойти. Подкрался со всей осторожностью, хотя можно было и не стараться особо, все равно никто бы не проснулся, и, протянув руку, сжал в ней рукоять меча. Она оказалась неожиданно огромной и совсем холодной, так что Гриффит от удивления даже отдернул руку, а потом, обругав себя трусом, еще крепче стиснул металл, чувствуя в своей руке настоящее оружие.
2.
- Смотрите, девочки, кого я нашла! - услышал Гриффит слова приглушенно из-под плаща, под которым его прятали до сих пор, прижимая к горячему телу и отогревая. Гриффит не помнил и не особо понимал, что случилось, когда он уже не надеялся ни на что, сжавшись в комок на ледяном ветру и удерживая остатки тепла, но его кто-то подхватил, запихивая себе под плащ, и повел куда-то. Впрочем, все это уже не имело никакого значения - дома и семьи у него больше не было, и сейчас у него не хватило даже сил удивиться, когда с укрывавшего его тела наконец-то сняли ткань, и он увидел окружившую его толпу девушек, восклицавших что-то вразнобой и умиленно улыбавшихся ему.
- Какой хорошенький!
- Кожа белая-белая, обзавидоваться…
- Ты лучше волосы потрогай, как настоящий шелк… - восхищенно перешептывались они, ощупывая Гриффиту лицо, шею, волосы, плечи, будто он был каким-то диковинным зверьком, но сил не было даже на то, чтобы поднять руки. Он сжал плотнее губы, мотнул головой, чтобы избавиться от назойливых прикосновений повсюду Тотчас же его с силой дернули сзади за плечо, пряча обратно под грубую ткань поближе к горячему женскому телу. Он расслабленно прикрыл глаза, чувствуя себя в привычном уже тепле и безопасности.
- Руки прочь от него! - прикрикнула низким голосом та, что сейчас укутывала его, и Гриффит расслышал разочарованные вздохи и стоны. Любопытство оказалось все-таки сильнее, и он разлепил кое-как веки, высунул голову наружу, к свету, чтобы увидеть все тех же самых девушек, уже отступивших назад и выглядывающих его с острым, несдерживаемым интересом в ярко накрашенных и подведенных черным углем глазах.
- Сама же сначала показал игрушку, а теперь злишься, назад отбираешь… Нехорошо… - усмехнулась одна из них, высокая и светловолосая, расплетая пальцами длинные завитые локоны так проворно и ловко, что Гриффит не мог не открыть глаза еще шире, засмотревшись.
- Еще скажи, что ты только для себя его притащила, в личное владение! - фыркнула другая, невысокая и полная, с огромными, чуть ли не в пол-лица яркими губами.
- Что вы все руки потянули? Не видите что ли, ему не нравится! - огрызнулась на них та, что держала его сейчас, и Гриффит почувствовал к ней прилив горячей благодарности. Он задрал голову вверх, чтобы разглядеть ее лицо. Женщина казалась чуть старше, чем все остальные, с красивыми, убранными наверх светлыми волосами и голубыми глазами яркими, как настоящие звезды.
- И зачем ты его сюда притащила? - спросил кто-то уже спокойнее, и он осторожно, чтобы не выдать себя, повел головой, высовывая глаза и нос из-под плаща. Помещение, в котором они находились, было совсем небольшим и тесным: низкий потолок, голые серые стены, окно, сейчас черное, и горящий на низком столике светильник. А прямо перед дверью, будто перегораживая выход, стояли девушки с одинаковым вопросом и ожиданием в глазах.
- Мне надо было оставить его на улице, чтобы он замерз?
- Что-то раньше я не замечала в тебе особой доброты, - усмехнувшись, тряхнула кудрями блондинка. - Не иначе, на маленьких потянуло? Такого красивого себе нашла, что даже мне захотелось…
- Дура ты, - Гриффит почувствовал, как передернула плечом державшая его женщина.
- Тогда зачем? Все равно Луиза выставит его обратно, как только увидит.
- А ей-то какая разница? Живет и живет, денег с нее не убудет от этого.
- Она права, Анна. - Подала голос молчавшая до этого рыжеволосая девушка, - Луиза все-таки не зверь, и на такого миленького точно западет…
-А нам какая от него польза? Только место занимать будет и нашу еду отнимать.
- Тебе и похудеть будет полезно, - невозмутимо ответили сверху.
- Да не обращай внимания на нее, она просто от зависти лопается, что не ей такой подарок достался…
- Да нужен мне он! Подарок, вот еще! - фыркнула Анна, метнув в их сторону полный злости взгляд, и вышла, гордо тряхнув головой и бросив напоследок через плечо: - Мы с тобой еще поговорим потом…
Гриффит чуть напрягся, услышав в ее голосе угрозу, но тут же его отвлекли, наконец-то выпустив на воздух, и его опять окружили, разглядывая, правда, уже гораздо спокойнее, чем раньше. Тогда Гриффит понял, что ему наконец-то повезло, и улыбнулся, услышав восхищенные вздохи и увидев искренние улыбки на их лицах в ответ.
***
- Что ты делаешь?! - завизжала пронзительно Жанна, подбегая к нему сзади, и Гриффит в последний раз сдвинул лезвия у ножниц, отрезая толстую прядку волос и глядя при этом в зеркало мрачно на подлетающую к нему женщину. Он уже знал, что так будет, и ножницы опять отберут, а резать волосы под корень ножом он пока что опасался.
- Ты сегодня рано, - обернулся он, как ни в чем не бывало, демонстративно откладывая инструмент в сторону.
- Этот идиот просто напился и уснул прямо на мне, - закатила она глаза, но быстро оборвала себя. - Зачем ты опять это делал?!
Отвечать Гриффит не хотел, потому что разговор повторялся уже не в первый раз.
- Садись сюда, - потянула она его за руку и усадила на кровать рядом с собой. - Отвечай мне, почему ты не хочешь быть красивым?
Гриффит не мог не улыбнуться - Жанна всегда могла поднять настроение, даже если ему становилось совсем плохо.
- Мне не нравится.
- Да ты с ума сошел! Все тебе завидуют, а ты сам такую красоту режешь!
- Кому эта красота нужна… - пробормотал он. - От нее только хуже. Вечно все оглядываются.
- Еще бы… - она хмыкнула весело. - На меня тоже все оглядываются.
- Ты - другое дело… - пробормотал он и, не сдержавшись перед ней, выпалил: - Ты же женщина!
Жанна расхохоталась, чуть ли не падая от смеха на него, но быстро замолчала, посмотрела серьезно.
- А мужчины красивыми не бывают?
- Зачем им? Мне из-за этого только прилетало всегда…
- Ну, знаешь… - она задумалась, - тут уж как повезет. Почему ты думаешь, что внимание к тебе - это всегда плохо?
Что ответить на это, Гриффит не знал, потому просто отвел глаза, глядя на стену за ее спиной.
- Я тебя, конечно, понимаю… - она положила руку ему на плечо, но он отдернулся - мальчику никогда не нравилось, когда его касался хоть кто-нибудь, даже Жанна. - Но внимание к тебе - это не всегда плохо.
- Почему это?
- Тебя заметят и запомнят, - она пожала плечами. - Дело будет только в том, что ты делал, когда тебя заметили.
То же самое говорили ему и другие девушки, но Гриффит, как ни старался, не мог понять, для чего ему может это пригодиться. Он всегда хотел только одного - иметь свой замок, но мечта казалась неосуществимой.
- Ну ты же хочешь завоевать свой замок?
- Откуда ты знаешь? - дернулся Гриффит, словно она прочитала его мысли.
- Все мальчики мечтают о том, чтобы завоевать свой замок и найти принцессу…
- Не нужна мне принцесса, - он улыбнулся. - А почему завоевать? И при чем тут внимание?
- А ты подумай сам, - она подмигнула, развеселившись, - как еще можно получить замок, если не так? И за кем люди пойдут с большей охотой. Люди считают, что красивым всегда везет… Не зря, кстати, считают: мне вот повезло, да и тебе тоже…
Но Гриффит уже не вслушивался - кажется, он уловил основную нить и начал постепенно, шаг за шагом наконец-то понимать.
- А вообще, если тебе так уж не нравится, можешь и губы себе обрезать, и тело исполосовать, тогда на тебя точно никто не посмотрит, - фыркнула она, пряча ножницы обратно в коробку под замок, но Гриффит, улыбнувшись, помотал головой.
***
- Поможешь мне одеться? - подмигнула ему Белла игриво тряхнув черными, как смола, локонами, и Гриффит кивнул и неохотно подошел к ней. Он давно уже успел привыкнуть к тому, что все просто проверяют на нем, работают ли их приемы. Сначала он покупался, краснел, теперь свыкся с этим, подбирая каждой чулки и ленты в тон и помогая затянуть потуже талию.
Белла была из тех, кто обращал на него внимание редко, и тем ценнее для Гриффита была сейчас ее просьба. С недавнего времени, как он решил для себя, ему нужно было стать для них настолько важным и интересным, насколько это возможно. Вот и сейчас, затягивая как можно туже корсет на ней, он думал о том, чем бы расположить к себе эту красавицу. Последний самый сильный рывок за ленты - и дело оказалось сделано. Белла поморщилась от того, что стянутой оказалась вся грудь но тут же опомнилась, встряхиваясь и улыбаясь ему ласково и завораживающе:
- Спасибо тебе, - она уже отвернулась, чтобы уйти, и Гриффит понял, что медлить нельзя.
- Ты очень красиво улыбаешься, - сказал он будто бы невзначай, прекрасно уже успев уловить, что этот простой комплимент всегда будет приятен каждой из девушек.
- Спасибо, - хмыкнула та, удивленно приподняв густые черные брови. - Я рада, что ты оценил.
- Почему? - теперь была очередь Гриффита удивляться.
- Потому что на самом деле я не могу дышать, и у меня сводит всю грудь, - она еще раз улыбнулась, продемонстрировав ему все свое искусство. - Зато это лучшее средство, чтобы никто не мог сказать о тебе ничего плохого.
- И зачем тебе это? - Гриффит опять чувствовал, что не понимает, однако, на этот раз он не собирался отпускать ответ так просто.
- Затем, чтобы ты не боялся меня и не ходил вокруг кругами, - она рассмеялась, и Гриффит облегченно выдохнул - кажется, все шло так, как надо.
- Я и не боюсь, - он пожал плечами.
- Конечно, теперь нет. Видишь, люди вообще любят, когда я им так улыбаюсь, и из этого иногда даже можно получить что-нибудь для себя.
- И что ты получила со мной? - Гриффиту стало уже на самом деле интересно понять, как работает этот механизм
- Хм… - она задумалась, закатив глаза к потолку, и рассмеялась. - Хотя бы шанс на то, что мне ты будешь затягивать корсет в первую очередь.
- Договорились, - улыбнулся Гриффит ей в ответ, в уме прикидывая, насколько он точно сможет выполнить это свое обещание. - Тогда ты мне будешь рассказывать еще что-нибудь!
- Обязательно, - усмехнулась Белла как-то неожиданно грустно, и от этого стала казаться сразу старше на много лет. - Только знаешь, вряд ли я смогу чем-то тебя порадовать. У нас, знаешь ли, не самая лучшая работа, слишком уж она грязная для тебя.
- Почему? - удивленно распахнул глаза Гриффит.
Такого он еще точно ни от кого не слышал. Белла усмехнулась весело, отворачиваясь от него, и Гриффит уже успел разочароваться, что останется без ответа, но у самого порога та развернулась, снова сверкнув лукаво глазами через плечо:
- Потому что ты необычный, не такой как все. Мы думали даже, а вдруг ты настоящий принц? У тебя, может быть, свое королевство, а мы тут тебе про своих клиентов рассказывать будем… Зачем тебе это?
- Нет, я уж точно не принц, - хмыкнул Гриффит, отмахиваясь от бредовой идеи. И придумают же…
Но Белла помотала головой, сердито сдвинув брови, будто сердилась:
- А ты даже не спорь, - отрезала она, - у нас ведь тоже должны быть свои сказки… - послала она ему воздушный поцелуй и вылетела на улицу, оставив Гриффита на целый вечер в одиночестве размышлять над тем, что он только что услышал.
3.
Гриффит сидел за самым дальним столом в углу, почти полностью скрытым в тени и ждал кого-нибудь, осматривая зал в пол оборота. Он критически оценивал каждого вошедшего и каждый раз оставался недоволен: один был слишком молод, другой слишком худ и слаб, третий, наоборот, слишком толстый и неуклюжий. Он, конечно, думал, что, в крайнем случае, справится со всем и в одиночку, но ему все равно не помешал бы кто-нибудь, кто мог бы подстраховать в случае чего. С каждой минутой Гриффит нервничал все сильнее, глядя в окно, где видно было стремительно темнеющее небо, и нетерпеливо постукивал ногой по полу, отбивая секунды ожидания. Скоро этот маленький и с виду неприметный трактирчик наполнится своими завсегдатаями, и тогда ему лучше будет убраться отсюда. За совсем недолгое время Гриффит успел уяснить, возвращаясь в реальность, что его не любят и не хотят видеть рядом. Он, конечно, спасался сейчас найденным плащом, капюшон у которого был настолько большим, что скрывал лицо полностью, но все равно кто-нибудь обязательно не сможет так просто пройти мимо, не поинтересовавшись праздно, кто это сидит в темном углу, и тогда точно сорвутся все его планы на сегодняшнюю ночь. А он едва-едва дождался, пока с лица сойдут хотя бы самые яркие синяки.
- Скучаешь, красавица? - Гриффит подпрыгнул на стуле от неожиданности, когда сзади подлетел кто-то, крепко обхватывая за плечи и дыша в самое ухо горячо и похабно. Гриффит с тоской подумал, что и сегодня его планам, похоже, не суждено будет сбыться…
- Я что, поход на девчонку? - развернулся он резко, сбрасывая с себя руки, и столкнулся нос к носу с не успевшим отодвинуться парнем. Совсем еще молодым, кстати говоря, и выглядел тот сейчас тоже донельзя растерянным. И тогда Гриффит подумал, что все должно получиться, а в следующую секунду парень отлетел чуть ли не на десять шагов назад, отплевываясь и сморщившись от отвращения.
- А какого черта у тебя тогда длинные волосы?! - возмутился он. - Я просто перепутал, ясно тебе! - он вылупился на Гриффита с настороженностью, и тот только сейчас заметил, улыбнувшись мимоходом, что, пока он думал, прядка все-таки выбилась, слишком короткая для того, чтобы собрать ее сзади вместе со всеми остальными, и длинная для того, чтобы не бросаться в глаза.
Гриффит вылез из-за стола, и теперь они стояли друг напротив друга, вглядываясь, пока парень не улыбнулся косо, отворачиваясь.
- Ну все, извини, перепутал… Пойду я…
- Стой! - Гриффит должен был не дать ему уйти, потому что понял внезапно, что лучше помощника ему все равно не найти, и раз уж судьба послала ему этого, то значит, так тому и быть.
Парень послушался, замер, потом нехотя обернулся:
- Чего тебе еще? - спросил с явным неудовольствием в голосе. - Ну, говори скорее, я не буду торчать здесь с тобой долго!
А Гриффит замолк на несколько мгновений, думая, как ему стоит поудачнее сказать, чего он хочет.
- У меня есть к тебе дело, - наконец выговорил он быстро, приближаясь, на всякий случай, чтобы удержать, если что. - Пойдем со мной, если хочешь хорошо подзаработать, я тебе расскажу.
Сказал и отвернулся, продвигаясь сразу к выходу, потому что зал начал уже наполняться народом, но все-таки он успел заметить, как удивленно округлились и заблестели жадно глаза у его будущего подельника. Гриффит вышел за улицу и тут же свернул за угол, надеясь, что парень успел уследить, куда он делся, если жажда наживы в нем достаточно сильна. Он оказался прав, и через пару секунд тот появился рядом, оглянулся на всякий случай и вопросительно уставился на Гриффита. Тот, в свою очередь, рассматривал его, оценивая и прикидывая: парень хоть и выглядел худым, но был сильным и жилистым, смотрел прямо, а крепко сжатые зубы и выдающийся вперед подбородок говорили об упорстве. Этого было более чем достаточно для того, чтобы быть уверенным в том, что тот не подведет. По крайней мере, просто так…
- Ты сказал, что дашь мне заработать? - не выдержал тот, все-таки спросил первым, пока Гриффит отмечал про себя его узкий крючковатый нос, черные волосы и опасно поблескивающие в темноте глаза.
- Как тебя зовут? - спросил он.
- Коркус, - неохотно ответил тот и оборвал себя резко: - Да какая разница! Скажи скорее, что надо сделать! И сними для начала свой капюшон, мне надоело смотреть, как ты лыбишься!
- Хорошо… Коркус, - Гриффит, помедлив немного, все-таки открыл лицо, наблюдая с улыбкой за реакцией. Парень все-таки изумленно приподнял брови, но сдержался. - Я надеюсь, ты свободен сегодня вечером. Ты должен будешь просто помочь мне в одном деле, совсем простом, зато награда будет такой, о которой ты и не мечтал никогда.
- Что-то не нравится мне это, - проворчал тот, забегав глазами. - Да и ты не похож на богача. Ладно, говори!
Гриффит улыбнулся, подошел поближе, настолько, чтобы можно было говорить как можно тише, почти шепотом, и поднял на Коркуса глаза, с недовольством отмечая, что он гораздо ниже ростом. Тут же отмел эту мысль как к делу не относящуюся. Тем более, Коркус все-таки слушал его серьезно, надеясь получить хоть какие-нибудь деньги.
- Сегодня днем я подслушал случайно, что старый ростовщик со своим братом поедут ночью через лес в замок, чтобы отвезти туда свои деньги и драгоценности.
- Шутишь? - Коркус смотрел на него недоверчиво.
- Слушай дальше. Они поедут ночью, в повозке, и с ними будет только один охранник.
- Они что, идиоты? - усмехнулся тот.
- Скорее всего, да. Они надеются замаскироваться, прикинуться, будто везут покойника, чтобы на них не напали разбойники, - Гриффит улыбнулся мечтательно, и увидел, что глаза у Коркуса загорелись с удвоенной силой.
- Откуда ты знаешь?
- Подслушал, - Гриффит отмахнулся. - Я прятался у них за дверью, и они меня не заметили.
- И когда они поедут? - Коркус уже подался вперед, будто готов был хоть сейчас сорваться с места, и Гриффит мысленно порадовался за себя.
- Вечером, поздним. А пока ты должен будешь кое-что сделать. Кстати, ты ведь умеешь метать нож, так ведь?
Коркус нетерпеливо кивнул пару раз, и Гриффит был полностью доволен.
Он терпеливо просидел пару часов в переулке, завернувшись в плащ так, чтобы казаться уснувшим подгулявшим бродягой, к которому никто не захочет подойти, но все-таки вздрогнул, когда его неожиданно и грубо тряхнули за плечо. Он резко обернулся, вскакивая и сразу отодвигаясь дальше, но это был Коркус, бросивший рядом с ним брезгливо какие-то тряпки.
- Пойдет такое? - спросил он грубовато, и Гриффит на секунду оторвался от разглядывания этой ветоши, оказавшейся на поверку все же платьем, чтобы бросить на него короткий взгляд.
- Да, это то, что нужно, - кивнул он серьезно, и Коркус не сдержал скептического смешка, который никак не мог сейчас смутить Гриффита и столкнуть с намеченного пути. - Теперь к полуночи ты должен будешь придти на окраину, я буду ждать тебя слева от дороги, там есть заросли бузины…
- А вдруг ты врешь? Почему я должен тебе поверить? Я тебя вижу в первый раз в жизни, и ты слишком мелкий, чтобы я тебе доверял! - опомнился вдруг Коркус, отошел на пару шагов назад и спросил ворчливо на всякий случай.
- Ты ведь уже поверил мне, не так ли? - Гриффит поднял на него глаза, улыбаясь как можно мягче, и Коркус не зная, что ответить на это, скривился и исчез, вмиг растворившись в темноте.
Зато когда Гриффит подошел к назначенному месту в нужное время, Коркус уже ждал его, от скуки кидая в тонкий ствол рябины нож. Гриффит даже постоял немного, чтобы понаблюдать за ним. Коркус чувствовал себя сейчас полностью расслабленно, раз за разом метая ножик в одно и то же место, потом подходил, доставал его и снова отходил шагов на десять назад, примерялся и снова кидал. Как Гриффит понял, его Коркус даже не ждал особо, потому что не осматривался и даже не волновался, как до этого в переулке. Поэтому когда он, тихо выйдя из-за кустов, оказался рядом, тот вздрогнул и выругался от испуга, глядя на него, как на привидение.
- Пошли, - Гриффит кивнул ему и двинулся вперед, снова стараясь не обернуться, чтобы посмотреть, идет ли за ним Коркус, но вскоре, выдохнув незаметно от облегчения, услышал позади себя шорох сухих листьев под торопливыми нагоняющими шагами.
- Я думал, ты не придешь, - хмыкнул Коркус, шагая рядом с ним.
- Я же обещал тебе, - Гриффит развернулся к нему, - и мне очень понравилось, как ты управляешься с ножом. Научишь меня?
- Кому нужен этот нож! - бросил Коркус в сторону. - Всем нужны только наемники с мечами побольше.
- Ты хочешь быть наемником? - немного подумав, спросил Гриффит, стараясь как можно меньше выказывать свою заинтересованность.
- Мало ли, что я хочу! Может, я бы лучше стал главарем разбойничьей шайки! Лучше скажи, долго ли нам еще идти?
- Нужно отойти подальше, а там затаимся и будем ждать повозку.
- Как скажешь, - Коркус хмыкнул, - ты же здесь командуешь.
Разговор на этом затих, и дальше шли, молча, думая каждый о своем. Гриффита не особо интересовали сейчас мысли своего спутника, а он сам думал о том, что первый шаг всегда самый трудный, но он обещал, и он должен это сделать. Тогда, наверное, он перестанет бояться того, что у него может не получиться, и тогда у него появятся деньги, которых так не хватало всегда и на которые он сможет сделать очень многое, правильно их расходуя.
- Все, пришли, - остановился он, и Коркус встал рядом с ним, как будто натолкнулся на какую-то преграду.
- И долго нам ждать?
- Надеюсь, что нет. Помоги скорее мне переодеться, - проговорил Гриффит и усмехнулся, видя, как округлились от удивления глаза у его спутника.
- Ты хочешь сам надеть это платье?
- Я хочу, чтобы повозка остановилась. Это случится вернее, если перед ней появится несчастная заблудившаяся ночью в лесу девочка, - его глаза тут же стали большими и влажными, будто от слез, а губы соблазнительно приоткрылись. Гриффит прекрасно знал, какой эффект вызывает это его выражение лица, которое он успел отточить, часами стоя у зеркала, до блеска. Действительно, даже Коркус усмехнулся как-то смущенно, доставая из узла платье.
Переоделся Гриффит быстро, и вскоре они уже сидели, притаившись, в невысоких кустах у дороги, выжидая, и Гриффит начал чувствовать все нарастающее возбуждение и волнение от того, что скоро появится его первая добыча, а в рукаве, словно отзываясь на эти мысли, холодило кожу узкое и острое лезвие ножа.
- Если у меня не получится, ты должен будешь убить в первую очередь охранника, - прошептал он, не сводя с черной дороги глаз. - Если все пойдет так, как я думаю, ты легко сможешь получить свою часть. Идет?
- Я все понял, - прошептал в ответ Коркус, и Гриффит с перехватывающим дыхание восторгом уловил в его голосе то же самое волнительное предвкушение. И почти тут же он увидел появившийся из-за поворота неясный грузный силуэт, медленно и тяжело движущийся вперед, прямо к ним навстречу. Мгновенно, сдернув с волос веревку так, чтобы они разлетелись волной по плечам, он вскочил, побежал навстречу.
- Как хорошо, что я вас встретила, в темном лесу так страшно… - поднял он полные страха глаза и потянул руки, чтобы его скорее подняли вверх, в повозку, не давая опомниться, и точно - старик, не успев сообразить ничего, машинально помог девушке подняться, а потом рассмотрел ее лучше и заулыбался сладко и приветливо.
Гриффит окинул глазами повозку - в ней было только двое стариков, и один из них, обернувшись к найденной только девочке, сидел впереди и держал в руках вожжи. Но еще был гроб, в котором вполне мог поместить взрослый и крепкий мужчина. "Значит, нужно вести себя как можно тише, - подумал он, мило улыбаясь пока обоим, - а потом нужно будет поднять крышку гроба, пока тот внутри не ожидает…"
И тут же он увидел, как медленно-медленно начинает отъезжать в сторону крышка, и из него вскакивает кто-то, чтобы тут же упасть обратно с торчащей из виска рукоятью. Гриффит среагировал мгновенно, выкидывая руку вперед и втыкая нож глубоко в шею сидящего ближе к нему старика, и в тот же миг резко выдергивая из него лезвие с силой обратно и делая еще один удар в основание шеи только собравшегося повернуться на шум за спиной второго брата. Лошадь, которой больше никто не управлял, сделала еще пару шагов и остановилась, даже ни повернув головы назад, чтобы посмотреть, что произошло. Гриффит, чувствуя, как кружится голова, кое-как спрыгнул на землю, как раз к подбегающему к нему Коркусу.
- Ты молодец, отлично справился, - он сам не заметил, как начал улыбаться, как сумасшедший, но вскоре заметил, что все руки оказались залитыми кровью, казавшейся в ночной темноте черной. - Можешь посмотреть, что там есть.
Он, конечно, лучше бы сделал это сам, но внезапно до паники захотелось отмыться, стереть с себя все, и он принялся тщательно чистить ненужной уже тряпкой свои руки, потом лицо и шею, надеясь, что не останется ни капли…
- Да там просто гора золота! - подскочил к нему Коркус с сияющим лицом. - Делить напополам будем?
- Да, конечно, - рассеянно улыбнулся Гриффит, и тот, явно не ожидая такой сговорчивости, обалдел от счастья еще больше. Упал прямо на проторенную утоптанную дорогу, глядя на Гриффита снизу вверх весело.
- Да на такие деньги год можно гулять, не останавливаясь! - выдал он радостно. - А ты что собираешься делать?
- Есть у меня одна мечта… - проговорил Гриффит все так же рассеяно, будто бы вникуда, и усмехнулся, увидев, как смотрит на него Коркус, нахмурившись и явно не понимая, о чем тот говорит.
4.
Лавка была темной и пропылившейся насквозь, но Гриффит знал, что именно здесь, среди груды хламья и тупого бесполезного железа иногда можно встретить что-то по-настоящему стоящее.
Хозяина пока что не было, и Гриффит, скучая, обходил помещение по кругу, разглядывая все то, что висит на стенах. В первый момент он даже немного был удивлен тем, что хозяин не ждет их, а где-то ходит, но теперь, чуть оглядевшись, он понял - красть здесь было совершенно нечего, по крайней мере, из того, что он мог сейчас увидеть. Все щиты, мечи, ножи и арбалеты были старыми и уже отслужившими свой срок. Казалось, они развалятся на части при первом же ударе. Впрочем, у Гриффита и новые, искусно выкованные из лучшего железа мечи ломались через пару-тройку дней постоянных тренировок. Иногда он думал, когда ночами становилось особенно грустно и одиноко, что, наверное, это не его судьба,- вести за собой людей, если даже оружие отказывается ему подчиниться. Потом, конечно, уже на утро, он с легкостью отгонял эти мысли прочь, как можно дальше - ему всего лишь нужно было найти свое оружие.
Он обходил, задумавшись, небольшую комнату по кругу уже второй раз, без единой мысли о том, что ему нужно, разглядывая все, что висело на стенах, и примиряя на себя в уме. Чуть позади него точно так же обходил уже второй круг Джудо, и судя по тому, как тянулась изредка у того рука к ножам, Гриффит подозревал, что думает тот о том же самом. Еще Гриффит, бездумно проводя пальцами по старой загрубевшей коже ножен, размышлял о том, что прошло уже почти что полтора года. Чудовищно много для того, что он сделал за это время. Его банда, конечно, могла дать отпор и выживала в течение этого времени, но людей все еще было очень мало. Слишком мало для того, чтобы казаться значимой силой, а ведь только тогда он мог бы двигаться еще дальше …
- Приглядел себе что-нибудь? - уныло спросил Джудо, и его голос, отразившись от стен, оказался неожиданно громким и гулким до того, что Гриффит на долю секунды напрягся и сжался, приготовившись к нападению, а потом понял, мгновенно расслабившись, и усмехнулся ему через плечо.
- Мне кажется, что свое настоящее оружие хозяин хранит не здесь. Оно все покрыто ржавчиной…
- С чего ты вообще взял, что нам нужен именно этот склад старья? - Джудо скептически приподнял брови, и Гриффит уже готов был усомниться в нем, но Джудо тут же скорчил смешную физиономию, и он улыбнулся легко, успокаиваясь. Никто даже не собирался сомневаться в его правоте.
- Он - старейший в этом городе. Должно же здесь быть то, что можно продать…
- Пока что видно только то, что он действительно старейший, - хмыкнул его спутник без всякого уважения в голосе, и тут же за их спинами раздалось многозначительное сухое покашливание. Гриффит услышал, как тихо ойкнул, смутившись, Джудо, и плавно развернулся вокруг себя.
- Простите нас, пожалуйста, за грубость, - начал он, улыбаясь мягко и светло, когда увидел напротив себя старика, высохшего от слишком долгой жизни настолько, что можно было под тонкой кожей разглядеть каждую кость. Тот, однако, перебил Гриффита быстро и энергично, и тот юноша от неожиданности приподнял брови.
- Да ваш разговор - это безобидный детский лепет! Я здесь такого успел наслушаться… Зачем пришли? - посмотрел он из-под седых бровей с неприязнью, причины которой
Гриффит не понимал.
- Нам нужно оружие.
- Это я и так понял! Ну так выбирайте, чего встали? У меня на вас нет времени, - проворчал он, отворачиваясь и уже собираясь снова скрыться.
- Но… - Гриффит поспешил окликнуть его, давя в себе вспыхнувшее раздражение и разжимая мгновенно сжавшиеся в кулак пальцы. Старик недовольно обернулся. - Здесь же все ржавое…
- Я всегда знал, что все мальчишки идиоты… - пробормотал он в сторону.
- Эй! Можно и поласковее! - уязвлено воскликнул Джудо, но Гриффит поднял руку, успокаивая своего спутника. Вовсе ни к чему сейчас было ссориться с хозяином лавки…
- Сейчас молодежь не умеет даже разбираться в оружии… Смотри! - вышел старик из-за прилавка, приблизившись к одной из стен, и махнул рукой Гриффиту, видимо, признав в нем немного больше ума, чем в Джудо. - Видишь это клеймо? А это? - тыкал он скрюченным пальцем в едва заметные отметки на металле. - Да эти мечи веками верно служили своим владельцам! Тогда были мастера, умевшие отливать такое оружие, со своими тайнами и секретами, а сейчас что? -старик продолжал дребезжать что-то, войдя в раж, но Гриффит уже слушал его краем уха, все внимание сосредоточив на грубых оттисках.
Всего два варианта на всех мечах и ножах, и видно было, что они действительно даже не старые, а древние. А еще ему ясно было, что старик не врет сейчас ни на грамм, что он не шарлатан, и все оружие действительно настоящее. И ни один из этих мечей не сломается у него в руках…
Гриффит медленно шел вдоль стены, заворожено глядя на оружие, которое сейчас казалось ему по-настоящему чудесным. Он коротко взглянул на хозяина лавки, но тот, казалось, не был против, и Гриффит медленно протянул руку, касаясь одной из рукоятей. На ощупь, как ни странно, она казалась абсолютно обычной - гладкая и прохладная, затертая до блеска бесчисленными касаниями. Гриффит моргнул, возвращаясь в реальность - волшебство ушло, и он оказался снова в темной и пропахшей пылью комнатушке.
- Конечно, зачем тебе такой большой меч с твоим птичьим телом? - фыркнул старик пренебрежительно. - На твои-то косточки…
- А что еще? - не понял Гриффит, вопросительно склонив голову. Высказывание про себя он предпочел проигнорировать.
- Зайди за стойку, там бочка, посмотри, - проворчал хозяин, все еще увлеченно разглядывая отметки на щитах и мечах.
Пожав плечами, Гриффит сделал пару шагов. Бочка, такая же старая и с такими же ржавыми, как и все здесь, кольцами, стояла в дальнем темном углу, а из нее, набитые плотно, торчали тонике длинные рукояти, тускло поблескивающие серебром.
- Что это? - тихим, вкрадчивым голосом задал Гриффит вопрос, осторожно и ненавязчиво касаясь пальцами рукоятей. Оружие, хоть на вид и казалось тоненьким и слабым, как будто излучало опасность и таило в себе коварство.
- Это прекрасные клинки, - прошелестел старик, и в его тихом голосе слышалось теперь удовлетворение. - Нет нигде в мире стали такой прочной и такой гибкой, как кушанская. Старинные рецепты давно утеряны, все мастера умерли от старости столетия назад… Я уверен, что это твой выбор…
- И ты так просто отдашь мне его? - Гриффит подозрительно скосил глаза на старика и тот передернул плечами, криво усмехнувшись.
- Я продам его тебе. Сейчас меня интересуют только твои деньги. Если ты, конечно, готов отдать их столько, сколько я попрошу.
Взгляд старика как будто гипнотизировал, и его глаза казались единственно живыми на похожем на мумию лице, а потом владелец лавки совсем неожиданно подмигнул ему, словно намекая на что-то… "Намекая на то, что он затребует баснословную цену", - внутренне скривился Гриффит, не пропустив, однако, на лицо ни единой эмоции. В любом случае, это стоило любых денег - он еще раз взглянул на торчащие из бочки мечи, уже мечтая владеть таким. А еще он знал, что торговаться бесполезно. Как и пытаться убить старика - за кажущейся дряхлостью он чувствовал силу, и в этом он никогда не ошибался.
Не раздумывая больше, он вытащил из-за пазухи увесистый кожаный мешочек и тут же услышал как будто издали, как громко втянул в себя воздух Джудо. Гриффит, конечно, мог его понять - он бы тоже никогда не подумал, что может отдать за старый кусок металла все их сбережения. Он улыбнулся, кивнув хозяину лавки, и плавно опустил на затертую деревянную поверхность стойки мешочек с золотом.
- Этого хватит?
- Этого достаточно… - кивнул старик сухо: даже не обратив особо внимания на деньги, хоть и видно было, что тот более чем доволен. - Можешь выбрать меч.
Гриффит задумчиво перебирал рукояти - ему нравились все и не нравилась в то же время ни одна, но он знал, что непременно найдет свой… И в момент, когда он думал как раз об этом, пальцы сами собой обхватили одну из рукоятей, да так уверенно и крепко, словно всю жизнь только ее и сжимали.
- Вот этот, - сказал он твердо, оборачиваясь, и вздрогнул от того, что старик уже стоял прямо за его спиной и улыбался так радостно, что Гриффит подумал, что явно дал тройную цену.
- Отличный выбор… - посторонился тот, пропуская Гриффита, и тот поспешил оказаться как можно дальше от старика, слишком уж он выглядел счастливым. - Это один из моих лучших мечей. С ним ты никогда не проиграешь ни в одной битве, будь уверен…
Гриффит пренебрежительно хмыкнул - он-то точно знал, что и так не проиграет - такого позволить себе он не мог.
Он задержал дыхание, вытаскивая меч из ножен, мягко и плавно, как по маслу. Узкий и длинный клинок блестел в полутьме остро заточенным острием.
- Бери, даже не думай! - усмехнулся старик, с удовольствием глядя на Гриффита. - Я уверен, это лучший меч. Мне кажется даже, что он создан специально для тебя. Он поможет тебе добиться всего, чтобы ты ни пожелал.
- Да, я тоже так думаю, - кивнул ему Гриффит, улыбаясь в ответ, а про себя подумал с некоторым разочарованием, что все торговцы, как таинственно они не выглядели, по сути своей одинаковы.
Обратно шли в молчании. Джудо шагал чуть позади, размышляя о чем-то…. "Наверное, о том, что он, Гриффит, должно быть сошел с ума", - подумал он и улыбнулся с удовольствием собственным мыслям; ему казалось, что теперь он на самом деле чувствует себя уже практически победителем, и вместе со своим новым оружием по жилам кровь течет быстрее и горячее стучит в висках и ушах, требуя действий. Еще Джудо, как всегда, сейчас был занят тем, что тщательно контролировал и осматривал все вокруг. Гриффит не мог не отдать ему должное - бывали случаи, когда именно Джудо первым успевал заметить опасность.
До городских ворот они дошли, когда небо на западе уже стало красным, и солнце почти опустилось за горизонт. Только тогда Гриффит услышал, как с облегчением выдохнул Джудо, приближаясь к нему и шагая рядом. Дойти нужно было всего лишь до ближайшей рощицы, где стерегли их коней, но даже в предзакатной тишине Гриффит лопатками и затылком ощущал чье-то пристальное внимание с городских стен. Стрелять, конечно, пока что не будут - в этом городе его еще не успели запомнить в лицо, - но пока что не нужно было привлекать даже небольшого внимания к себе и своим действиям. Именно отсюда, понял он внезапно, он хочет начать…
- Странный какой-то этот старик, - проговорил внезапно, нарушая молчание, Джудо, и Гриффит, не ожидая, посмотрел на него с удивлением.
- Все торговцы - странные люди, - усмехнулся он.- Особенно если они доживают до такого возраста.
- Он два раза тебе подмигнул! - Джудо озадаченно посмотрел на него, и Гриффит рассмеялся весело.
- Может быть, подмигивание - это единственное, что у него осталось. Кстати, я заметил, только один раз.
- Второй был, когда мы уже выходили, - объяснил Джудо, и Гриффит снова подумал довольно, что не зря постоянно берет того с собой - зоркость и внимательность того иногда его поражали. Если уж даже он не заметил…
- И еще он сказал…
- Что он сказал? - настроение, подпорченное ненадолго навязчивым вниманием со стен к своей персоне, вновь стремительно улучшалось.
- Что у тебя птичьи кости, - буркнул Джудо, сдерживая усмешку.
- Может быть, он прав, - улыбнулся Гриффит, но тот нахмурился, не понял. - Может, быть птицей не так плохо? Среди птиц встречаются такие, которые сверху могут разорвать спину даже быку... - он засмеялся, оставив Джудо озадаченным, и вдруг ему пришло в голову еще и то, что только птицы могут подниматься так высоко, как ни одно другое живое существо, и от этого настроение стало еще лучше.
В роще их уже давно ждали, причем прихватив неожиданную добычу: трое разбойников сидели, привязанные к дереву, и ожидали своей участи. Неподалеку с видом совершенно будничным у небольшого костерка расположился Пиппин, с задумчивым лицом жарящий кролика. Все складывалось, как нельзя лучше - Гриффиту как раз нужны были люди.
- Развяжи их, - азартно улыбнулся он Пиппину.
В конце концов, ему не терпелось опробовать меч, который всю дорогу так и просился в руку.
5.
Толпа вокруг громко и монотонно гудела, разодетая пестро, как на праздник, и протиснуться между весело смеющимися и переговаривающимися друг с другом людьми было сложно до того, что проще было пролезть где-то между ярко раскрашенными палатками. Гриффит собирался тщательно изучить все, что можно было купить в них, чуть позже, а пока главной его целью был шатер.
Цирк приехал в этот город вчера вечером, остановившись неподалеку от высоких стен, так, чтобы все, кто может ходить, даже самые старые и немощные, могли до него добраться. И со вчерашнего вечера в городе не утихала праздничная суета. Люди ждали представлений, чудес и диковинных чужеземных товаров, а также последующей ночи повальной пьянки и резни.
Он же сам ждал от сегодняшнего вечера только одного, за этим сюда и пришел. Один из местных мелких баронов, как успел выяснить Гриффит за прошедшую долгую ночь, страшно любил цирк. Особенно, конечно, он любил выступления прекрасных восточных девушек-гимнасток, коих он с маниакальностью коллекционера выкупал за огромные деньги каждый раз, когда хоть где-нибудь мог обнаружить бродячий цирк. Эти подробности Гриффит, конечно, запомнил и принял к сведению на всякий случай, но пока ему достаточно было и того, что барон будет здесь в любом случае. Тогда можно будет предложить ему небольшую сделку: Банда Ястреба была уже достаточно сильной для того, чтобы предложить ему свои услуги, а каждый пацан в городе знал: барону больше воздуха нужна та переправа через реку, которая в данный момент по чистому недоразумению находится на чужой земле.
- Дорогой, позолоти ручку! - завопила дурным голосом цыганка совсем рядом с ним и с силой, какой он не мог ожидать от маленького тощего тела, вцепилась ему в плечо. - Позолоти ручку, а я тебе за это все расскажу, что на сердце, что под сердцем, чем сердце успокоится…
- Уйди! - прикрикнул на нее Гриффит, не глядя. Только цыганок ему сейчас не хватало. Но та, вопреки обыкновению, убираться не торопилась, держала крепко и болтала, не умолкая, но голос заученно понизила и говорила теперь почти шепотом, заглянув все-таки снизу Гриффиту прямо в глаза.
- Такой молодой, такой красивый, такой удачливый… Все тебе расскажу, как есть, ничего не утаю для тебя, совсем недорого возьму, ты только слушать начни… Про мечту твою все расскажу, я все вижу, да только темно там у тебя все…
- Про мечту? - переспросил Гриффит, подумав с удивлением, что эта цыганка, может быть, на самом деле сможет увидеть для него нечто особенное.
- Про все расскажу, дорогой, ты только иди за мной, - развернулась она, сверкнув черными, как уголь, глазами, и Гриффит пошел за ней, уже не замечая ни толпы, ни того, что на него сейчас смотрят, улыбаясь с сочувствием или злорадством люди вокруг.
Цыганка очень быстро, как показалось ему, оказалась рядом со входом в шатер и, свернув в черноту прохода, обернулась и махнула ему рукой. Однако стоило ему только войти под тяжелую грубую ткань и начать с непривычки приглядываться к темноте, его схватили за руку и потащили куда-то вглубь, да так быстро, что пришлось чуть ли не бежать, хоть и очень хотелось посмотреть поближе на циркачей, которые сейчас вовсю готовились к представлению со всех сторон. Все они промелькнули цветным калейдоскопом и исчезли, когда цыганка втащила за собой Гриффита в темный закуток.
- Садись! - кивнула она на соломенный тюфяк на земле, вокруг которого в беспорядке валялись грудой накиданные цветные тряпки.
Гриффит огляделся по сторонам - цыганка завела его, как казалось, в самый дальнюю и темную часть цирка. Судя по всему, это место считалось ее углом здесь: вокруг не было ничего, кроме разбросанных предметов, которые обычно служат всем цыганам для того, чтобы казаться таинственнее и как можно действеннее запудрить мозги тем, кто попадется в их руки. Сам Гриффит же чувствовал себя сейчас абсолютно нормально и был уверен в том, что если цыганка начнет говорить ему свой обыкновенный бред, хорошо действующий на обычных людей, то он точно сможет уйти отсюда, прорубив себе проход прямо в ткани шатра. С одной стороны, он был сейчас очень недоволен собой - не стоило бы тратить и минуты на такое заведомо бесполезное дело, как цыганские предсказания будущего. С другой стороны, ему всегда было интересно, могут ли они по-настоящему увидеть то, что было и что будет, а эта заинтриговала его хотя бы тем, что сказала вскользь о мечте. Пусть случайно, но, возможно, она действительно почувствовала что-то.
Пока он осматривался вокруг, женщина обошла помещение, с осторожностью присаживаясь около каждой свечи, чтобы зажечь огонек, и вокруг уже стало гораздо светлее. Настолько, что Гриффит до мельчайшей складки и морщинки сумел разглядеть ее полное, круглое лицо с черными, притягивающими взгляд, глазами и сросшимися на переносице бровями.
- Садись, - повторила она уже тише, спокойнее, без былого напора, опускаясь на тот самый старый тюфяк и подобрав под себя цветные юбки. Гриффит, постояв и подумав еще пару секунд, действительно ли стоит ему ввязываться, все-таки решился, сел напротив нее, тут же ухватив глазами небольшой хрустальный шар в руках женщины. Шар был настолько прозрачным, что казался взятым не здесь, в куче тряпок и мусора, а как будто принесенным из другого мира, куда более светлого и чистого. Гриффит усмехнулся собственным мыслям.
- Не веришь мне? - хитро улыбаясь прореженными золотыми зубами, сощурилась цыганка. - Я же все чувствую, меня не обманешь.
- Не верю, - улыбнулся в ответ Гриффит.
- Тогда я тебе скажу, что ты зря сюда пришел днем - твой барон здесь будет позже, ночью, в самую полночь. Тогда и сможешь ему предложить то, что задумал.
- Откуда ты знаешь? Кто рассказал? - продолжал мягко улыбаться Гриффит, прикинув, что пары секунд ему хватит на то, чтобы воспользоваться мечом, и старуха даже крикнуть не успеет.
- Карты открыли, - растянула она рот еще шире. - Они мне сегодня ночью рассказывали, что ты ко мне придешь - не ошиблись.
- Говори дальше, еще что-нибудь.
- Ишь ты, все равно не веришь… Тогда дай мне руку, я про прошлое твое узнаю.
Гриффит задумался ненадолго, упершись взглядом в цыганку.
- Да не бойся, - засмеялась она хрипло и глухо, - не нужно оно никому, твое прошлое, только тебе одному. А я не расскажу, не моя это забота.
Усмехнувшись тихо тому, что цыганка снова угадала, он протянул ей руку; она приняла его кисть бережно, как будто драгоценность, осторожно водя кончиком пальца с отросшим длинным ногтем по линиям. Гриффиту необходимо было убедиться, пусть даже такой ценой. Пока ответы цыганки могли быть просто удачным совпадением, а он знал хорошо, как никто другой, что такие совпадения далеко не редкость.
Женщина рассматривала его ладонь долго, иногда улыбалась или хмурилась, и он захотел было уже поторопить ее, но она тут же отпустила руку, устало прикрыв глаза.
- Твоя мать умерла при родах, и тебя взяла себе воспитывать ее сестра. Она всегда хотела мальчика вместо своей дочери, чтобы он помогал и защищал, но ты был слишком болезненным и слабым, не приспособленным и негодным. Ее муж хотел продать тебя какому-нибудь богатому старику, но их убили до того, кок он успел это сделать… Продолжать?
- Не надо, я верю тебе, - склонил голову Гриффит. Он, конечно, никогда не заблуждался насчет того, что отец его любил, но некоторых деталей он не знал и предпочел бы не знать и впредь. - Ты все это узнала, только глядя на ладонь?
- Ты все равно не поймешь, - усмехнулась она, и видно было, что она чрезвычайно довольна работой. - В этом мире есть такие силы, о которых тебе лучше не знать.
Гриффит кивнул, отметая ее слова прочь - цыганка явно набивала себе цену, но он с этим смирился.
- Говори дальше, я заплачу. Что ты говорила о мечте? Что ты видишь?
- Я вижу, что она у тебя есть. Это и без гаданий сказать можно. Ты изнутри весь как будто светишься. Редко такое здесь можно встретить.
Гриффит чуть улыбнулся, пожал плечами - он прекрасно знал, как он выглядит, успел изучить за столько времени до мельчайших деталей, до последней черточки. Благо, зеркал было много, да и учителя у него были хорошими. "Самыми лучшими", - усмехнулся он горько своим мыслям… и постепенно отогнал их прочь, взглянув заново на цыганку, но та уже не обращала внимания на него, невидящими глазами с огромными черными зрачками уставившись на хрустальный шар. Она поднесла его прямо к лицу, держа кое-как на длинных вытянутых пальцах с широкими круглыми костяшками, и шар уже не был таким чистым и прозрачным, как раньше. Теперь изнутри него как будто ползла и клубилась темнота, заплетаясь кольцами, и в них, если присматриваться чуть дольше, можно было разглядеть переплетающиеся фигуры таких чудовищ, которых действительно не может быть в реальности…
Он встряхнул головой, отрывая взгляд, потому что голова закружилась - это и правда было для него как-то слишком, его цель была простой и абсолютно ясной, пусть даже кто-то иногда в его банде и говорил насмешливо, что такого не бывает. Что ж, - думал он тогда, усилием воли гася раздражение внутри себя, - ему не была нужна их вера - только их мечи, а остальное он сможет сделать сам.
- Ты сможешь… - подтверждая его мысли, прошелестела цыганка, будто за пару секунд ей сорвало голос, и Гриффит невольно выдохнул с облегчением, только сейчас осознав, насколько сильно напряжено было все его тело за секунду до слов женщины.
- Ты что-то видела?
- Видела, - проговорила она тяжело, согнув спину, будто на нее разом надавила неподъемная тяжесть.
- Говори скорее! - Гриффит готов был сорваться с места и закричать, но всего лишь чуть подался вперед, впиваясь в цыганку взглядом.
- Что ж, если ты хочешь… Ты добьешься всего, чего бы ни пожелал. Я видела все твои победы, весь твой подъем наверх. Ты будешь на вершине, ты будешь недосягаем настолько, что твой свет будет слепить глаза… - она умолкла, переводя дыхание, и тяжело вздохнула, глядя на сидящего Гриффита, который сейчас, как ни крепился, сколько бы не одергивал себя, поверил сразу и полностью. Она подумала немного перед тем, как продолжила говорить: - Ты добьешься всего, это так. Но тебя всегда будет окружать смерть. Все вокруг тебя умрут - твои враги, но и твои друзья.
- У меня будут друзья? - скептически усмехнулся Гриффит, кинув на цыганку острый взгляд из-под бровей.
- Твои близкие, твои подчиненные. Все те, кого судьба определит на твою сторону. Подумай над этим.
- Я готов к этому, - Гриффит передернул плечами, не желая сейчас, перед старой цыганкой, ворошить прошлое, хоть она и говорила, что успела прочитать в нем все.
- Ты думаешь, что сможешь оправдать тем, что сделаешь, их смерти?
Гриффит пожал плечами и кивнул, опуская голову так низко, чтобы не было видно его глаз и чувствуя, что сейчас он уже совсем не рад тому, что услышал. Наверное, не стоило ему вообще сюда приходить.
-Ну, раз ты так уверен… - протянула цыганка , и в ее голосе Гриффиту почудилось облегчение.
Он с непониманием смотрел, как медленно и плавно поднялась она с места, подходя к дальнему большому сундуку, почти полностью скрытому темнотой - свет от свечей не дотягивался до него.
Быстрым движением, не глядя, она достала с самого дна небольшой мешочек. "Наверное, сейчас будет ее главный номер" - подумал он, внутренне усмехнувшись, но он на этот раз не угадал - цыганка подошла к нему снова, осторожно вытряхнув из старой холстины что-то округлое и красное.
- Держи, - протянула она Гриффиту странную вещь. - Считай, что это мой подарок.
- Что это? - с опаской принял его Гриффит и прищурился, разглядывая внимательнее. Положил на раскрытую ладонь, и вдруг части на кроваво-красном яйце пришли в движение, складываясь в человеческое лицо, которое подмигнуло ему голубым глазом абсолютно отчетливо и снова расползлось в стороны.
- Он тебя признал, - заулыбалась снова цыганка, а Гриффит кое-как сдерживался, чтобы не сбросить его с руки на пол от отвращения.
- Что это за штука такая?
- Бабка моя мне в наследство оставила, говорила, что у хозяина будет власть над миром. Только мне оно ни к чему, да и зачем цыганам весь мир… Значит, он тебя дожидался здесь. Берешь? - спросила она у Гриффита хитро, и тот поднял на нее глаза, оторвавшись от странного подарка и только сейчас заметив, что цыганка уже очень и очень старая, только волосы черные, будто возраст на них не сказывается.
- Спасибо, - сунул он подарок в карман, не глядя, в надежде выбросить мерзость сразу же, как только выйдет отсюда. Хватит ему и того, что он успел услышать. - Мне он очень пригодится.
- Не сомневаюсь, - рассмеялась старая женщина совсем невесело. - Мне больше нечего тебе сказать, дорогой, так что плати, как договаривались, - блеснула она черными глазищами, и Гриффит молча отсчитал три монеты. - Иди туда, никого уже нет, представление началось, - махнула она рукой на выход, и он поспешил исчезнуть поскорее из этого темного и душного места, где, казалось, совсем не осталось воздуха.
Про странный подарок он, конечно, тут же забыл, а вспомнил только когда барон, скрываясь в ночной темноте, кинул ему увесистый мешочек с монетами. Тогда Гриффит подумал, придя в отличное настроение и улыбаясь, что странный подарок определенно приносит удачу, да и лицо у него вовсе не такое пугающее, как показалось вначале.
6.
Придумывать приходилось каждый раз что-то новое, чтобы не действовать просто и глупо в лоб. Впрочем, нельзя было сказать, что Гриффит был изобретателем новых стратегий, тактик и способов ведения боя - все это было известно сотни и тысячи лет до него и описано в некоторых чудом доставшихся ему книгах, но люди, против которых он должен был биться, не знали ничего подобного - тем проще было застать их врасплох, когда они сами, ничего не подозревая, шли в приготовленную заранее западню.
Поле, как назло, было открытым и чистым, а день солнечным, без единого облачка, и не было ни одного даже самого маленького перелеска, где можно было бы укрыться большим отрядом. Только две-три жиденькие рощицы, которые просматривались насквозь, и в которых невозможно было спрятаться. Это место было самым лучшим, просто идеальным для того, чтобы здесь могла совершать свои небольшие конные прогулки младшая и любимая дочка местного хозяина земель. Владения его, хоть и были совсем крошечными по сравнению с территориями более влиятельных соседей, но уже несколько десятков лет стойко держались и отражали от себя их удары. Все вокруг понимали, что такое положение вещей не может продлиться долго, но замок успешно отражал осаду за осадой, как будто насмехаясь ними.
Задачей же Гриффита и Банды Ястреба было отнюдь не взятие неприступной крепости - на такое он не согласился бы пока. Ему нужно было лишь похитить ту самую младшую дочь барона, в которой, по рассказам того человека, кто нанял Гриффита, тот не чаял души и готов был сделать все, что угодно. По крайней мере, отдать пару небольших и небогатых деревень рядом с границей.
Дело было только в том, чтобы достать девочку. Она если и выезжала из своей крепости, то исключительно под надежной охраной нескольких десятков солдат, готовых, по рассказам в таверне, отдать свои головы за ее жизнь. У них все было отлично распланировано - поле просматривалось до горизонта во все стороны, и укрыться врагам было негде. Только вот, как и предполагал Гриффит, охрана не обратила внимания на внезапно увеличившееся количество объемных стогов сена прямо около дороги, и на то же самое сено, крупными охапками рассыпанное на пути. Благо, год был хорошим и урожайным.
Поэтому он не мог не улыбаться хищно в предвкушении, увидев на горизонте медленно приближающуюся к ним процессию, во главе которой, ничего не подозревая, ехала сама юная баронесса с двумя девочками-подружками. Гриффит, затаив дыхание, следил из-за сухих стебельков травы, как, подъехав совсем близко к тем самым стогам, она внезапно в одну секунду провалилась под землю, неосторожно ступив на особо обширный кусок дороги, засыпанный как будто бы случайно соломой. Теперь время пришло.
Одним быстрым и стремительным движением Гриффит выбрался из успевшего ему надоесть своими запахом и пылью стога, оглядываясь вокруг. Из соседних так же быстро, будто по волшебству, появились его люди, отработанными ударами снимающие всадников с коней. Рядом с ним вмиг оказалась Каска - она должна была прикрывать его от случайных ударов, если даже кто-то из охраны девочки и сумеет вырваться из оцепления и приблизиться к нему. Самому же Гриффиту нужно было как можно быстрее вытащить из ямы дочку барона, пока лошадь случайно не убила ее копытами, обезумев от испуга.
Впрочем, как он понял с облегчением с первого взгляда - ему повезло. Лошадь сломала себе ноги, а девочка успела скатиться с нее и отползла подальше, забившись в угол, чтобы ее случайно не достало копытом, и спрятала лицо в коленях.
- Эй… - Гриффит свесился вниз, позвал ее как можно мягче, желая успокоить, и отметил про себя с усмешкой, что его голос сейчас, наверное, отлично контрастирует со звоном мечей и криками умирающих сверху. Но это подействовало - дочка барона подняла голову и посмотрела на него круглыми от шока глазами, не понимая ничего из того, что произошло с ней внезапно. Гриффит позвал ее еще раз, сделав голос теплым и ласковым: - Иди сюда, я помогу тебе выбраться.
Девочка, может, и хотела бы подойти, но она явно боялась лошади, которая била около себя ногами и громко ржала от боли, безуспешно пытаясь встать. Гриффит растолковал ее взгляд правильно, вытащил нож и, прицелившись, всадил его в горло лошади по самую рукоять. Животное дернулось еще пару раз сильнее и затихло, уронив голову. Теперь путь был свободен, и баронесса, зажмурившаяся было от страха, снова открыла глаза и посмотрела на него, нетвердо поднимаясь на ноги. Пошатываясь, она приблизилась к нему, закидывая назад головку с растрепавшимися белокурыми кудряшками. Улыбаясь и глядя ей в глаза, Гриффит протянул руки, за которые слабо ухватилась девочка, и вытянул ее наверх, сразу же разворачивая спиной к залитым кровью телам и внутренностям на земле. На случай, если отец все-таки захочет вернуть дочь обратно в обмен на свои владения.
- Все, готово, - подошла к ним Каска, переводя дыхание, чтобы доложиться, и с нескрываемым интересом посмотрела на девочку, головку у которой Гриффит придерживал, чтобы та случайно не повернулась, куда не следует. На вид ей было лет двенадцать - совсем как Каске, когда он спас ее, только, в отличие от Каски, дочка барона была кукольно-хорошенькой блондинкой без единой мысли от пережитого испуга в глазах. - Девочек мы отпустили в замок, остальные убиты. Что мы будем делать с ней, Гриффит?
- Я увезу ее прямо сейчас, - кивнул он Каске, которая давно уже отвлеклась от разглядывания девочки и преданно смотрела на него, ожидая дальнейших указаний. - Вы можете быстро осмотреть убитых, не было ли с ними ничего ценного, и возвращайтесь в лагерь. Я вернусь вечером. И подведите, пожалуйста, для нас лошадь, - добавил он в конце уже мягче, делая приказ обыкновенной просьбой.
Каска кивнула ему и развернулась, отдавая приказания. Гриффит мимоходом улыбнулся - он никак не мог ожидать, что из нее получится отличный командир, но задумываться над этим сейчас времени не было - Джудо уже вел к ним коня, на ходу стирая со щеки самые крупные и неприятные на вид сгустки чужой крови.
- Спасибо, - улыбнулся ему Гриффит, подкидывая девочку в седло. - Вы отлично справились сегодня!
Последние слова он уже выкрикивал, послав коня в галоп и крепко удерживая сидящую впереди него девочку, чтобы та случайно не упала.
В свой лагерь Гриффит возвращался уже поздно вечером, когда совсем стемнело. Сегодняшний день оказался крайне удачным, даже лучше, чем он планировал, и сейчас, чувствуя, как остужает горящие после скачки щеки совсем еще теплый осенний ветер, он был почти что спокоен. Дело было сделано, и при этом он не потерял ни одного человека. Заказчик, конечно, как всегда оказался недоволен и хотел заплатить в два раза меньше, чем обещал, удачно зацепившись за крошечную ссадину на щеке у девочки, но Гриффит уже отлично знал, как следует нажать и припугнуть не желавших платить дорого вельмож. Согласился в итоге и этот. "Можно подумать, он действительно рассчитывал на то, что барон настолько бережно относится к девочке, чтобы пойти у него на поводу…" - думал Гриффит на протяжении всего пути обратно, и это была единственная мысль, которая отравляла собой его сегодняшний вечер. Особенно когда он вспоминал, как испуганно вжалась в него дочка барона, когда граф протянул к ней свои короткие мясистые ручки, стаскивая с его седла к себе на землю. От этой мысли Гриффит с силой пришпорил коня - хотелось как можно скорее вернуться к себе, чтобы наконец отпраздновать удачное завершение операции.
Лагерь встретил его яркими в ночной темноте огнями факелов и громкими песнями со смехом. Гриффит улыбнулся, глубоко вздохнув и прикрыв глаза, и сразу мучившая его мысль исчезла, как пыль на горизонте - только здесь он мог чувствовать себя по-настоящему спокойно и хорошо. Даже несмотря на то, что праздновать начали без него и, судя по громким и нетрезвым голосам от костров, уже довольно давно. Хотя это было ему даже на руку - разговаривать и слушать поздравления и тосты в свою честь не хотелось - для этого он слишком устал, - но просто посидеть в общем кругу было бы сейчас самым лучшим отдыхом.
Вот только Каска так не думала. Девушка подошла сзади и тихо позвала Гриффита как раз в тот момент, когда в руках у него оказался блестящий позолотой в свете костра прохладный кубок с вином. Сначала он хотел оставить тяжелый разговор на завтра, но, грустно вздохнув, решил все-таки не поддаваться своему малодушию и решить это не очень приятное дело сейчас.
Народ смотрел с непониманием и даже толикой обиды, как только что прибывший любимый командир уходит опять куда-то от общего костра и веселья, чтобы обсудить что-то с Каской. Никто, конечно, не сказал ни слова, все только смерили девушку мрачными взглядами. Не уважать ее было невозможно, и с ней вынуждены были считаться все, но мало кому Каска действительно нравилась.
Гриффит отошел подальше в тень одной из палаток, чтобы остальные не могли их увидеть, и Каска молча пошла за ним. Он готов был поспорить даже, что она в точности, шаг в шаг, повторила при этом его траекторию.
- Что-то еще случилось? - спросил он, мягко улыбнувшись девушке, которая сейчас замялась и отвела глаза, не зная, как спросить Гриффита о том, что ее волновало.
- Та девочка, дочка барона… - начала она тихо, склонив голову так низко, то Гриффит мог видеть только ее коротко остриженный затылок. - Что с ней хотят сделать?
- Граф предложит ее отцу обмен: девочку на его земли.
- Но если тот не согласится? - Каска вскинула на него полные боли глаза. - Как ты думаешь, Гриффит, он согласится?
- А как ты думаешь сама? - он сжал губы в тонкую линию и посмотрел прямо ей в глаза со всей своей твердостью. Он легко мог бы соврать Каске сейчас, что отец, конечно, отдаст все, лишь бы спасти любимую дочь, и та могла бы поверить. В конце концов, Каска сама точно никогда не была любимым ребенком и хотела верить в лучшее.
- Спасибо, что ответил, - наконец кивнула она слишком медленно и отошла в сторону. Гриффит тоже "поблагодарил" ее мысленно - за испорченный вечер - идти обратно к кострам и общему веселью больше не хотелось. Но Гриффит хотя бы надеялся, лежа на спине в отдалении и глядя на звезды, что Каска сделает правильные выводы, и этим он не ошибся, поздравив себя мысленно после того, как рано утром не выспавшаяся Каска с горящими благодарностью глазами пришла к нему, чтобы сказать "спасибо" за свое спасение. И, наверное, его бессонная ночь стоила того, чтобы еще раз убедиться, насколько прочна ее верность, и успокоиться, не думая об этом больше.
7.
Костры горели вдали внизу, много костров, и они расплывались у Гриффита перед глазами, превращаясь в одно большое зарево в ночной черноте. Он даже против воли растянул губы в стороны, изображая улыбку, когда подумал, что балкон - это очень удобно, а еще лучше - смотровая площадка на самой высокой башне замка. Что ж, нужно было извлекать из своего положения хоть какие-то плюсы, хоть иногда ему очень хотелось быть птицей на самом деле, чтобы можно было взглянуть на землю с высоты, не приближаясь.
Геннон ушел уже давно, оставив его дожидаться ночи в своей спальне и заперев для верности двери на замок, чтобы он теперь уж точно не смог уйти. Геннон был глуп - если бы Гриффит задумал сбежать, он смог бы сделать это в любой момент. Балкон располагался не настолько высоко над землей, чтобы он не решился прыгать вниз, на мягкую, покрытую травой землю. Об этом он успел подумать несколько раз, но все-таки отогнал мысли прочь. Он не боялся быть первым в любом бою, где, как ему было отлично известно, первый всегда рискует своей головой больше, чем все остальные. Значит, и сейчас бояться тоже было нечего - на кон не ставилась ни его голова, ни жизни тех, кто каждый день вставал под его флаг.
"Ужин наверняка уже давно окончен… - прикидывал Гриффит мысленно, стараясь отвлечь себя пока хотя бы этим, потому что Геннон, как будто желая проверить его стойкость, все не появлялся. - Сейчас они, должно быть, отдыхают, день был тяжелым…". Если бы его сейчас спросили, чего он хочет больше всего, то он бы, отметая замок как цель, которой должно осуществиться, ответил, что хочет сию же минуту оказаться в своей платке в самом сердце их лагеря. Больше всего Гриффит любил засыпать там, слушая тихий смех вперемежку с песнями. И каждый раз, засыпая, он вспоминал предсказание старой цыганки ровно на один миг, а потом мгновенно загонял это воспоминание поглубже, чтобы на следующую ночь вспомнить снова.
Правда, сейчас он был бы рад оказаться в лагере и по другой причине, не столь важной и крутной, но по-настоящему действующей на нервы. Ночь была душной, и от нагретых за день каменных стен замка шло густое тепло, от которого по спине между лопаток то и дело стекали капельки пота. В самой спальне курились благовония, и Гриффит, нервно усмехнувшись, подумал, что до утра он вполне может не дожить, задохнувшись под заплывшим жиром телом Геннона, и это будет самым нелепым завершением его жизни и его дела.
Поэтому он был уже почти что рад, когда тот наконец-то медленно подошел к нему сзади, опуская на голое плечо тяжелую и влажную ладонь. Ему даже практически совсем не было сейчас дела до Каски, которая так не вовремя оказалась здесь. Зато Геннон принес с собой вина, и за это Гриффит готов был даже поблагодарить его, но тот уже скрылся в пропахшей удушающее комнате, и Гриффит сделал шаг, следуя за ним. В конце концов, он никогда не считал невинность одним из своих качеств, чтобы жалеть сейчас об утрате этой бесполезной ее части.
***
- Гриффит! - позвала его Мари сзади, и он, поспешив завязать последний бант на лентах корсета, поторопился обернуться к ней. Нельзя было допустить, чтобы из-за его нерасторопности кто-то не успел одеться или привести себя в надлежащий вид, и он уже сноровисто затягивал ярко-алые ленты на спине Мари.
Был уже ранний вечер - самое время для того, чтобы девушки начинали свое ежевечернее превращение из обыкновенных людей в нарядных красавиц, которых хотели видеть рядом с собой все без исключения мужчины. "Впрочем, скорее, под собой, чем рядом", - поправил он себя. Он никогда не мог бы даже предположить, что молочно-белые щеки с нежным розовым румянцем у них не настоящие, а искусно нарисованные при помощи целого арсенала разноцветных баночек и коробок.
- Спасибо тебе! - горячо поблагодарила его девушка и чмокнула по привычке в щеку, благо губы она еще накрасить не успела. Гриффит улыбнулся ей и кивнул радостно, тоже привычно подавив в себе желание отодвинуться подальше.
- А давай, мы и из тебя красавца сделаем? - предположила неожиданно Жанна, которая уже при полном параде сидела на маленьком шатком стуле и не знала, чем бы себя занять. - Волосы тебе завьем, глазки с губками подкрасим…
- Жанна, ты дура… - нехотя протянула, сидя на своем месте на полу Стелла, и задумчиво рисуя себе глаза побольше. - Он же не девочка, чтобы ты его красила.
- Он же хочет стать аристократом, ведь правда, Гриффит? - она взглянула на него хитро из-под тяжелой рыжей челки, и мальчик неуверенно кивнул, хоть и почувствовал скрытый где-то здесь подвох. - Ну вот, а все аристократы красятся! Уж ты-то должна лучше меня знать, ты же у них любимица!
Она игриво подмигнула Стелле, но та поморщилась, так и не отрывая взгляда от зеркала.
- Стелла… - Гриффит чувствовал, что над ним опять смеются, - это правда, что все вельможи красят лицо так же, как и ты?
Он понял, что сказал глупость, но уже после того, как вопрос слетел у него с языка, и слушал теперь мрачно, крайне недовольный собой, как все залились смехом. Зато Стелла наконец дорисовала себе огромные широко распахнутые глаза, а потом даже оторвалась от зеркала и подошла к нему, чтобы покровительственно погладить по затылку. Гриффит уже давно успел выучить эту ее любимую привычку и стерпел спокойно.
- Не переживай так из-за этого, мой сладкий, - засмеялась она. - Такое, конечно, бывает…
- И даже очень часто! - радостно подтвердила ее слова Мари, серьезно покивав своему отражению в карманном зеркальце.
- … но тебе вовсе не обязательно делать так.
- Только если захочешь! - Жанна, казалось, все еще была воодушевлена этой идеей, потому что тоже подошла к нему уже с другого бока, приобнимая за плечи. - Я даже могу тебя научить… Только попроси, - она задорно улыбнулась и подмигнула.
- Мне это правда нужно делать? - он повернул голову к Стелле, которая уже не могла больше сдерживать улыбку, но, услышав вопрос, который Гриффит задал таким серьезным и убитым голосом, задумалась, нахмурив тонкие бровки и взглянув на Жанну сердито.
- Нет, я не думаю. - наконец покачала она головой. - Кто-то, конечно, делает это, но только для того, чтобы скрыть то, что природа его обделила. Но тебе это точно не нужно.
- Значит, не надо? - Гриффит переспросил на всякий случай, стараясь запомнить ее ответ, а потом, вечером, когда все уйдут, подумать над ним еще раз, в одиночестве. Этой женщине он доверял с самого начала больше, чем всем остальным. Она нашла его на улице, и она относилась к нему всегда так серьезно, что Гриффит с ней никогда не сомневался в том, что у него может не получиться что-то.
- Как хочешь, - она пожала плечами, отворачиваясь от него с улыбкой, и снова подсела к своему зеркалу.
- Но совершенству нет предела! - пожала вдруг голос из своего угла Луиза, до этого упорно делавшая вид, что разговор ей не интересен и целиком сосредоточенная на своем лице, сейчас уже полностью готовом к работе. Гриффит оглянулся на нее, непонимающе склонив голову. - Я имею в виду, что ты не должен, конечно, красить губы и глаза ярко, но знаешь… Что-то в тебе всегда можно будет сделать еще немного лучше… - она задумалась, смешно сложив губы и подперев подбородок пальчиком, и спустя мгновение ее осенило: - Например, завить тебе волосы!
- Точно! Тебе очень пойдет! - горячо подтвердила Жанна прямо ему в ухо, и он только сейчас понял, что она до сих пор стояла, склонившись над ним. Казалось, девушка всерьез задалась сегодня целью что-нибудь сделать с его видом.
- Правда? - он снова вопросительно взглянул на Стеллу.
- Да, - она посмотрела на него уже с раздражением. - Не мешай мне пока, я занята!
Гриффит вздохнул, растерянно оглядел девушек, которые уже смотрели на него с нескрываемым воодушевлением.
- Вам же скоро нужно уходить? - спросил он. Гриффит не то чтобы боялся, но ему казалось, что есть в этом что-то глубоко девчоночье…
- А мы быстро! Иди сюда! - подвинулась резво в сторону Луиза, освобождая на тюфяке место рядом с собой. Подумав в последний раз, Гриффит решительно сел около нее. Если он хотел все-таки иметь свой замок, то он должен был выглядеть как настоящий аристократ… Эта мысль казалась ему правильной, и он готов был пойти ради цели на некоторые неудобства. Совсем, кстати, небольшие…
Когда к ним подошли Жанна и Мари, он невольно нахмурился и прикрыл веки, чтобы не видеть их довольных улыбок и горящих глаз, зато он в полной мере мог наслаждаться их хихиканьем, чувствуя, как накручивают на что-то волосы и как касаются щек, губ и век чем-то теплым, липким и противным. Но отступать было уже поздно, и он сидел, терпеливо дожидаясь конца этой неприятной процедуры, про себя уже твердо решив, что ничем подобным он заниматься никогда не будет. Хотелось уже поскорее отмыться от этой гадости, потому что лицо начинало чесаться и зудеть…
- Готово! - наконец-то провозгласила Мари, и Гриффит осторожно разлепил ресницы, опасаясь, чтобы в глаза не попало случайно то липкое, что было намазано толстым слоем на веках. Он поднес к лицу зеркало, и глаза сами собой тут же открылись широко - то, что он увидел, было не только не красиво, но даже не похоже на него. Это его даже расстроило немного - с ним чуда не произошло, а потом он услышал, как хохочет, чуть ли не захлебываясь и не задыхаясь, Стелла, и схватил грязную тряпку, стирая ей с лица все, что мешало и выглядело так уродливо.
- Стой! - схватила его за руку Жанна. - Успокойся, я сама все сотру. Сиди тихо…
Гриффит сначала дернулся, вырываясь, но тут же понял, что так действительно будет лучше - уж девочки точно знали, как сделать это быстрее и проще. И действительно, через пять минут заглянув снова в зеркало, Гриффит смог увидеть там себя, пусть и с горящими ярко натертыми щеками и нежными локонами по обеим сторонам от лица.
- Да, так определенно лучше, - Жанна улыбнулась ему сконфуженно в ответ на его сердитый взгляд из-под бровей и надутые губы. - И, кстати говоря, кудри тебе очень даже к лицу! Ну все, нам пора бежать!, - вскочила она на ноги, поправляя юбки. За ней, словно вспомнив, поднялись медленно все остальные, устало прикрывая глаза перед очередной ночью, и Гриффит в который раз заметил тоскливо, как мгновенно стираются с их лиц улыбки и тухнет взгляд.
Он, как обычно, вышел с ними, набирая полную грудь прохладного ночного воздуха. Это были те редкие минуты, когда он мог находиться на улице, и их он ценил, хотя и не понимал, почему каждая считала своим долгом обнять его как можно крепче перед уходом, но был готов доставить им эту небольшую радость.
- Луиза! - окликнул вдруг девушку кто-то высоким громким голосом, и та, нахмурившись, обернулась. Позади нее стоял невысокий и худой мужчина, одетый, как успел отметить Гриффит, богато, хоть тот и пытался это зачем-то скрыть - его сапоги и плащ, какими бы грязными ни выглядели, были очень дорогими и совсем новыми. Больше, правда, Гриффит ничего рассмотреть не успел, потому что девушки, не сговариваясь, задвинули его сначала за свои спины, а потом вовсе впихнули обратно за дверь, запирая на ключ. Гриффит не понял ничего и поскорее приник к двери ухом, но слышно было даже без этого, как что-то чересчур громко и возбужденно говорит им мужчина.
- … да господин сделает все, что я попрошу, если я приведу к нему такого мальчика! Он же любит таких, ты знаешь… - что-то сказала в ответ Жанна, но ее Гриффит не расслышал. Обмерев и чувствуя. Как вот-вот готовы подкоситься коленки. Сердце забилось так быстро, словно готово было выскочить, и он не мог сейчас даже двинуться в сторону, чтобы не слышать больше того, что говорил мужчина. - Он даст мне за этого мальчика столько, что вам и в голову придти не может, а я тогда поделюсь с вами! Я отдам вам пятьдесят, или даже семьдесят золотых, вы только подумайте над этим! Вы сможете не работать очень долго, а там, может, и замуж сможете выйти, найдете себе кого-нибудь… - голос затихал и больше слов было не разобрать, но ему и этого хватило. "Наверное, ушли", - подумал Гриффит, отрывая себя от двери и падая на холодный, истончившийся тюфяк. Даже выбравшиеся из норы в стене мыши рядом с остатками хлеба не волновали его сейчас. Зачем, если его все равно отдадут… А в этом он даже не сомневался - девушки, конечно, всегда относились к нему хорошо, и даже любили, как живую игрушку, забавную, но абсолютно бесполезную. И уж точно они не упустят такой шанс. Он, по крайней мере, не упустил бы точно, будь он на их месте…
Но прошла эта ночь, полная кошмаров и тоскливых мыслей, потом прошел еще один день, и еще один, и никто не спешил его отдавать. Девушки вели себя так же, как прежде, словно и не случилось ничего, а Гриффит все не мог забыть, думал все время, не успокаиваясь ни на секунду, что вот-вот он может уйти отсюда к господину того слащавого до приторности мужчины.
- Стелла… - не выдержал он наконец, подойдя к ней тихо однажды. Та с удивлением посмотрела на него из-под полуприкрытых век. - Вы ведь собираетесь отдать меня тому человеку, да? Он предлагал вам за меня очень много денег…
- Гриффит видел, что она сначала не поняла, о чем он говорит, а потом улыбнулась грустно, притянула к себе.
- Ну что ты, мой хороший… Как ты мог подумать, что мы тебя отдадим ему?
- Почему нет? Я же ничего не делаю, а вы должны делиться со мной едой… - Гриффит не верил, что они так просто могли отказаться от такого. - Тогда бы вы могли не делать этого… - кивнул он, обводя глазами все вокруг: ткани, яркие платья, зеркала и прогнившие подстилки из соломы на холодном полу.
- Ты такой глупый, хоть и принц, - Гриффит слабо улыбнулся. Сначала они шутили, и он обижался, а потом все привыкли к красивой сказке. - Разве можем мы отдать тебя, чтобы какое-то старое чудовище касалось тебя своими грязными лапами? Хватает и нас таких, а ты должен оставаться чистым. Ты же особенный…
- Особенный? - переспросил Гриффит. Он так вовсе не думал, хоть и очень хотелось верить.
- Конечно. Только особенные люди могут завоевать свое королевство, - улыбалась она, уже глядя не на Гриффита, а куда-то через его плечо, как будто у него за спиной и впрямь было что-то чудесное, чего он не видел. - А мы не можем сделать ничего такого…
- Думаешь, у меня получится?
- Я уверена, - она наконец-то оторвалась от своих мыслей и посмотрела ему в глаза. - Ты обязательно должен это сделать, ради нас всех. Обещаешь?
- Обещаю, - кивнул Гриффит ей серьезно, потому что женщина смотрела на него уже без улыбки, но услышав то, чего ждала, тут же рассмеялась весело, отправляя Гриффита от себя.
- Все, я тебе верю! Позовешь нас потом к себе погостить ненадолго, а сейчас иди лучше приставай к Мари, вы так и не выучили все буквы!
Стелла была права, но оставалось совсем немного, и последние буквы в алфавите Гриффит, уговорив Мари позаниматься, выучил легко за пару часов. Он уже совершенно успокоился, когда в их комнатку ворвался, выбив хлипкую дверь, тот самый мужчина, который хотел купить Гриффита. Гриффит видел, как тот проткнул, словно шутя, огромным острым мечом всех девушек, одну за другой, и мальчик, кое-как переставляя ставшие деревянными ноги, смог выбежать незамеченным и затеряться в незнакомых темных переулках. Гриффит просидел так всю ночь, съежившись от холода и вспоминая, как обнимала его пару часов назад Стелла, как нашла и спасла она его когда-то давно, чтобы сегодня из-за него их всех убили. Это было неправильно и невозможно страшно, страшно до того, что Гриффит как можно быстрее пытался придумать для себя хоть что-нибудь, чтобы избавиться от этого чувства собственной вины, и тогда, уже под утро, когда небо начинало светлеть и стало особенно холодно, он понял, что должен сделать, и даже рассмеялся невесело от того, каким легким был ответ. Ведь замок всегда был его мечтой.
End.
|